Теперь только эволюционно можно подниматься
Современный мир начал окончательно складываться уже в 19 веке. После 1850-х годов он по сути сложился в виде сверх развитых стран и тех кто уже не сможет их сдвинуть с постамента. Это точная копия биологических ниш - нельзя будучи даже очень сильным кабаном выгнать с пастбища носорога, даже если носорог сожрал всю твою траву и остались тебе рожки да ножки вместо сочных стеблей. Это я пишу упрощённо, понятно что в природе носороги и кабаны не соперники, у них разные типы травы для питания. Но суть одна - если ты до 19 века не сложился как нация и как большая, мощная страна, то дальше возникают проблемы со складыванием. Набор технологических цепочек и что самое интересное - патентного, интеллектуального права, практически блокирует любых дерзких, кто попробует вломится на мировой рынок. Он не сможет его никогда уже сдвинуть, рынок слишком велик, страны на него пробивали сотнями лет и за каждой такой страной сотни тысяч патентов и миллионы торговых связей. Это не сломать уже никому, ни войной, ни обманами.
Страна которая попытается силой занять пищевые ниши в 19, 20 и 21 веках, автоматически натыкается на крайне мощное сопротивление больших игроков - слонов, жирафов и скажем крупных антилоп. Та же Германия, попытавшаяся на пару с Австрией силой всех побить и выбить новые пастбища, в итоге получила жёсткие ответы и пришла к строго эволюционному пути - развивать экономику и не воевать. И на диво именно Германия стала самой мощной экономикой Европы, даже несмотря на поражения в войнах. Но сделать это оказалось возможно только задружив серьёзно с ключевыми, старыми игроками и никак иначе. Никого избить и занять их место больше нельзя - у всех крутых игроков давно есть ядерное оружие и что самое главное - они в союзе военном и чуть что забьют оборзевшего.
А потому что теперь Германия пошла по эволюции. Время когда можно было сняться как племенам хунгаров, пойти от Волги и завоевать себе свою Венгрию и стать венграми - прошло навсегда. Нельзя вломится в чужую территорию и назвать своей. За это прилетят самые лютые последствия. Раньше можно было племенами ходить и выбивать землю у других племён. Теперь намного умнее развивать строго свою страну, поменьше амбицией на счёт войны и будут ладушки.
Когда на шарике 8 миллиардов игроков, война становится нерентабельной - куда не кидай снаряд - везде скандал и кровь. Куда не лезь, везде договора и санкции. А это точная саванна с её распределением видов и пищевым нишам. Сунься куда угодно - там либо леопадре, либо львино, либо пекари или отмороженный на голову медоед, который тоже имеет свои пищевые ниши.
Страна которая попытается силой занять пищевые ниши в 19, 20 и 21 веках, автоматически натыкается на крайне мощное сопротивление больших игроков - слонов, жирафов и скажем крупных антилоп. Та же Германия, попытавшаяся на пару с Австрией силой всех побить и выбить новые пастбища, в итоге получила жёсткие ответы и пришла к строго эволюционному пути - развивать экономику и не воевать. И на диво именно Германия стала самой мощной экономикой Европы, даже несмотря на поражения в войнах. Но сделать это оказалось возможно только задружив серьёзно с ключевыми, старыми игроками и никак иначе. Никого избить и занять их место больше нельзя - у всех крутых игроков давно есть ядерное оружие и что самое главное - они в союзе военном и чуть что забьют оборзевшего.
А потому что теперь Германия пошла по эволюции. Время когда можно было сняться как племенам хунгаров, пойти от Волги и завоевать себе свою Венгрию и стать венграми - прошло навсегда. Нельзя вломится в чужую территорию и назвать своей. За это прилетят самые лютые последствия. Раньше можно было племенами ходить и выбивать землю у других племён. Теперь намного умнее развивать строго свою страну, поменьше амбицией на счёт войны и будут ладушки.
Когда на шарике 8 миллиардов игроков, война становится нерентабельной - куда не кидай снаряд - везде скандал и кровь. Куда не лезь, везде договора и санкции. А это точная саванна с её распределением видов и пищевым нишам. Сунься куда угодно - там либо леопадре, либо львино, либо пекари или отмороженный на голову медоед, который тоже имеет свои пищевые ниши.